Толстой в воскресенье


В знаменитой Оптинской обители стартовал большой духовно-просветительский проект. В его основе - традиции монастыря XVIII-XIX веков, когда к старцам приходили не только за утешением, но и за смыслами, за ответами на самые волнующие современников вопросы. Теперь раз в полтора-два месяца по воскресеньям именитые ученые и богословы будут читать лекции о великих писателях и святых. Слушателями могут стать все желающие, в том числе и те, кто сейчас находится в поиске - себя и Бога. На первой встрече говорили о Льве Толстом, человеке, с судьбой которого история Оптиной переплетена особенно тесно. Открывал Оптинский лекторий один из самых авторитетных специалистов по классике, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, доктор исторических наук протоиерей Георгий Ореханов.

О том, мог ли Толстой что-то изменить в России, об интересе общества к его духовной трагедии, о равнодушии к вере и пессимистичном взгляде на возрождение подлинной культуры - беседа с отцом Георгием.

Протоиерей Георгий Ореханов Протоиерей Георгий Ореханов

«Это не просто модный писатель»

- Отец Георгий, в Оптиной с успехом стартовал лекторий. Поздравляю вас с этим; знаю, что вы были одним из инициаторов такой формы общения монастыря с мирянами. Причем, насколько я понимаю, есть желание, чтобы лекторий посещали даже неверующие. Но как вы думаете, зачем им эти лектории? Разве они пойдут на них?

- Мне кажется, что это для всех чрезвычайно важная история. Понятно, что Оптинское старчество и Оптинский скит для современных молодых людей, если у них опыта церковной жизни нет, это некоторая абстракция. К этому надо еще как-то подойти и как-то разобраться в этом. И если монастырь сам делает шаг тебе навстречу, то зачем это игнорировать? Тем более монастырь не просто что-то рассказывает, но и показывает: например, исторический контекст: для современного молодого человека очень важно все посмотреть и пощупать руками. И с этой точки зрения Оптинский лекторий призван стать путем в Церковь для многих людей. Будем надеяться, что так и произойдет.

- Герой сегодняшнего лектория - Толстой, который тоже искал в Оптиной путь в Церковь. Правда, или не нашел, или что-то помешало ему признаться в этом поиске. Вопрос мой о последнем визите Толстого, уже после его ухода из дома. Известно, что писатель трижды пытался зайти в скит, трижды сворачивал. Не кажется ли вам, что именно в этот момент совершалась главная драматургия его жизни? Даже не в Астапово, где он умирал. Более того, есть мнение, что зайди он в скит, покайся у старца, то, глядишь, поменялись бы антирелигиозные настроения в обществе и, может быть, будущее страны сложилось бы по иному сценарию...

- Понятно, что здесь можно много чего напридумывать. Толстой, конечно, был интеллектуальным авторитетом, для кого-то даже духовным авторитетом, но чтобы влиять на события - это вряд ли. Вообще вы задали содержательный вопрос. Потому что Томас Манн в известной статье «Гете и Толстой» говорит о том, что, если бы Толстой был жив, может быть, войны бы не произошло. Но мне кажется, что это фантазии. Никто никогда из реальных политиков, а тем более в тот момент, не прислушивался к мнению богоискателей. Даже таких авторитетных, как Толстой.

Раз мы этой темы коснулись, то напомню: в 1910 году, когда Лев Толстой умирает, уже, как мы сейчас понимаем, идет подготовка к мировой войне, уже и политические кризисы, в том числе на Балканах, происходят. Поэтому вряд ли Толстому удалось бы что-то изменить. Что касается духовной жизни самого писателя, то да, для него зайти в скит было решающим моментом.

- Тогда давайте разберемся, кем был Толстой для современников. Ведь это сейчас мы понимаем, что он был еретиком и в своем конфликте с Церковью играл на общественном мнении. Но в те годы многие пошли за его идеями. Даже неглупые люди шли: например, поначалу толстовством увлекся святитель Лука (Войно-Ясенецкий). Что это - авторитет, манипулирование, мода, что-то еще?

- Конечно, Толстой не просто модный писатель. Модных тогда было много, но они никакого влияния на духовную ситуацию не оказывали. На мой взгляд, конфликт Толстого с Церковью - вторичен. Это следствие чего-то более важного для самого Толстого. И вот это более важное для Толстого оказалось важным для всех мыслящих и ищущих современников. Речь о поиске выхода из той ситуации, в которой оказалось тогда русское общество. И не только русское.

Мыслящий человек XIX века оказался в тупике. И Толстой искал выход из этого тупика - чем и привлекал современников

В любой европейской стране были свои «Толстые». В Германии был Ницше. В Дании - Кьеркегор, были такие люди во Франции и так далее. Все потому, что европейское общество в тот момент приходит к некоторому тупику: с одной стороны, наблюдаются успехи науки, философской мысли, появляются Дарвин, Маркс, те люди, которые стали властителями дум, но, с другой стороны, к чему они приводят европейского интеллигентного человека? К тому, что никакой метафизики и ничего трансцендентного в жизни нет. Есть только мир и его жестокие законы - борьба за существование, классовое общество и так далее. Но человеку этого мало. Потому что человек очень остро ощущает: если метафизики нет, то для чего я живу? Кратко эту мысль сформулировал герой Достоевского, современника Толстого: если Бога нет, то все позволено. А если все позволено, значит, нет бессмертия, нет бессмертной души. Что тогда стоит моя земная жизнь? Вот краткий конспект этих переживаний. И значимость Толстого заключается в том, что он именно в эту точку и бил. Он именно в этом направлении начал свои поиски, начал свои проповеди, в которых объявил, что жизнь общества абсолютно бессмысленна, бессодержательна и человеческая душа требует чего-то другого.

«Карфаген должен быть разрушен»

- Толстой писал и о социальной неустроенности. Это всегда пользуется спросом у читателя.

- А это уже второй момент, который сделал проповедь Толстого актуальной. Он обратил внимание мыслящего русского общества на социальные язвы, на бедность и непросвещенность крестьянства, на его страдания, на его нищету, на очень тяжелую жизнь крестьян. А это для русской интеллигенции была очень больная тема. Существовал некий комплекс вины. Откуда берутся хождения в народ в 70-е годы XIX века? Люди чувствуют свою вину перед крестьянами, перед русской деревней. И Толстой показывает, что это реальная вина: в то время, когда мы, люди просвещенные, получаем огромные гонорары и ведем распущенную жизнь, буквально миллионы наших соотечественников голодают.

- А каковы были истинные цели такой проповеди? Сейчас, например, многие блогеры об этом же говорят, но делают это для количества лайков.

- Толстой верил в то, что ему удастся что-то изменить в обществе. Тем более приближенные Толстого его в этой вере укрепляли. И самое главное: сейчас мы твердо можем сказать, что надо было менять: аграрный вопрос был самой болевой точкой русской жизни. Русское правительство этой проблемой, к сожалению, очень поздно стало заниматься. Появился Столыпин, он в 1906 году стал министром внутренних дел и начал что-то менять, но было уже поздно. А Толстой просто раньше об этом заговорил.

- Вероятно, на этой волне его и полюбили большевики. И не только за критику аграрной сферы.

- Это видно из знаменитой статьи Ленина «Лев Толстой как зеркало русской революции». Он прямо пишет: Толстой является их спутником и единомышленником в том, что, как сам писатель говорил, «Карфаген должен быть разрушен». Это государство, - говорил Толстой, - несет только зло, тюрьмы, ссылки, нищету, бесправие; это государство богатых должно быть разрушено. Большевики считали так же. Только методы борьбы были разные: Толстой был против насильственных методов, а большевики - за. Вот и вся разница.

- Но что большевики! Многие и многие считали так же. Разве это не еще одна причина популярности Толстого у интеллигентов?

- Это в программу интеллигентов всегда входило.

Для Толстого антигосударственная идея была наименее ценной, но интеллигенцию увлек именно его протест против Церкви и государства

Не толстовские призывы отказаться от алкоголя и курения были популярны в той среде, а как раз призыв разрушить существующий строй, призыв, направленный против государства и Церкви. И здесь ситуация парадоксальная. Потому что для самого Толстого идея разрушения государства была наименее ценной, он говорил все-таки, что все должно происходить на духовном уровне, в духовном контексте, но для представителей интеллигенции в учении Толстого именно протест был самым ценным.

«Современный человек теряет интерес к религиозным вопросам»

- И тут уместно перейти ко дню сегодняшнему. На лекции вы сказали, что толстовцев много и в наше время. Просто не все понимают, что они толстовцы. Почему это актуально и сегодня? Кто в наше время идет за Толстым?

- Для начала надо сказать, что религиозная ситуация в современном обществе не похожа на ту, что была 100 лет назад. Тогда все-таки все русские люди были, как правило, крещенными. И какое-то представление о церковной жизни они с рождения получали. Сейчас - не так. Во-первых, большевистский каток за 70 лет уничтожил в этой области всё, что можно. Во-вторых, мне лично представляется, что последние 30 лет очень сильное влияние на наше общество оказывает происходящее в Европе. То, что мы называем секуляризацией и постсекуляризацией. Современный человек вообще теряет интерес к религиозным вопросам. В журнале «Фома» недавно был опубликован текст о том, возможна ли реставрация атеизма на русской почве. А мне лично кажется, что вопрос не совсем правильно ставится, потому что атеизм - это акцентированная идейная позиция. Любой атеист поясняет, почему он не верит в то и почему верит в это, в науку например. С этой точки зрения, современных людей, которые ни во что не верят, трудно назвать атеистами. Просто для них эта сфера не представляет никакого интереса.

- То есть она им «по барабану», будем говорить прямо?

- Да. И в этой ситуации человек, если он какой-то религиозный поиск начинает, очень часто идет по пути Толстого. Он не верит в церковное учение, он не верит в спасение в Церкви, не верит в то, что мы называем традиционным христианством, и начинает домысливать или открывать для себя какие-то новые духовные явления. То есть он сам создает себе свою религию. И в этом много от толстовства, от рационального отношения к вере.

Когда наши современники «строят» свою религию, своего Бога, в этом много от толстовства, от рационального отношения к вере

Очень много от толстовского критерия: мол, для меня подлинным может быть только то, что не противоречит моему разуму. А даже самое простое рассуждение на эту тему показывает, насколько эта точка зрения ошибочная. Это, кстати, прекрасно понял Достоевский. Потому что помимо того, что есть в сфере моего разума, есть еще нечто иррациональное, есть еще сверхсознание, подсознание и так далее. То, что совершенно в другой области существует. А с этим как быть? Эти же явления нельзя отрицать.

А сейчас еще новый мотив появился: то, что мне пользу приносит, то, что создает мое благополучие, мой комфорт, успех, - вот это реально, а вся ваша метафизика - это какие-то сказки.

«Человек никогда не интересуется Толстым просто так»

- Но, видимо, где-то, пусть даже на том же подсознании, люди понимают, что это все пути ошибочные. После вашей лекции я разговаривал со старшим научным сотрудником музея в Ясной Поляне Еленой Викторовной Белоусовой, и она поделилась своим наблюдением: на экскурсиях всегда интересуются духовной катастрофой Толстого, конфликтом с Оптиной в том числе. И мы сошлись во мнении, что не просто так людей волнует эта тема: на самом деле через эту историю они хотят получить ответы на личные вопросы.

- Да, конечно, я просто в этом уверен. Я много раз в Ясной Поляне в таких беседах участвовал. Человек никогда не интересуется Толстым просто так. Если человек приехал в Ясную Поляну, если он открыл Толстого, если у него возникли какие-то вопросы, значит, он сам находится в поиске. И потому чтение Толстого может принести ему пользу. Сегодня на лекции меня спросили: «Что почитать у Толстого для духовного самосовершенствования?» Мне кажется, человеку, который уже в Церкви, в этом Толстой как раз мало может помочь. Но вот тем, кто делает первые шаги в этой области, чтение Толстого может много пользы принести. Особенно чтение дневника писателя.

- Вы много преподаете, общаетесь с молодыми людьми. Есть ли у них интерес к Толстому? И каким они его воспринимают?

- Я какого-то особого интереса к Толстому не замечал. К Достоевскому гораздо больший интерес.

- Это радует вас?

- Меня радует. Потому что я сам Достоевского люблю с детства. И мне кажется, что размышления над творчеством Достоевского очень могут человеку помочь.

- Но Достоевский дает более трудный путь, нежели Толстой.

- Более трудный, но более прямой путь. Путь к Богу, можно сказать.

Как можно быть добрым без Христа?! Мораль без Христа - это фикция

Потому что Достоевский все слабые позиции Толстого очень четко прочувствовал. И эту его рациональность, и панморализм, то есть акцент на моральное учение, что человек должен быть добрым. А как он может быть добрым без Христа? Какой у него ресурс для этого есть? Достоевский всю жизнь объяснял, что это невозможно. Мораль без Христа - это фикция.

«Скептически отношусь к тому, что мы восстановим потерянные корни»

- Еще один гость Оптинского лектория - богослов, писатель Олег Михайлович Сенин - заметил, что это событие - шаг к возрождению не только традиции старчества, но и традиций русской культуры и преподавания. Вы, как ученый-гуманитарий, как считаете: сколько нам нужно времени, чтобы восстановить свои корни, то отношение к культуре и образованию, что были при Достоевском и Толстом?

- Я с сожалением должен констатировать, что совершенно не уверен, что мы их восстановим. Потому что попытки восстановить эти корни присутствуют, но, с другой стороны, попытки разрушить эти корни тоже налицо, и мы являемся свидетелями этого. Я вам приведу один простой пример, совершенно идеологически не окрашенный. Я недавно был в Саратове. Там есть замечательная инициатива - «Дом Франка в Саратове». Это проект, поддержанный Фондом президентских грантов, посвященный, на мой взгляд, самому великому российскому философу XX века Семену Франку. И прекрасно, что они это начали. Но в том же Саратове три года был губернатором Петр Столыпин, и на пост министра внутренних дел он был поставлен из Саратова, но там до сих пор нет дома-музея Столыпина. Почему, спрашивается? Я не хочу никого обидеть в Саратовской области, но у меня складывается впечатление, что это никому не нужно. Вот как тут восстановить корни? Теперь я вам вопрос задаю.

- Увы, могу только добавить, что ситуация, когда никому ничего не нужно, -повсеместная. И это уже стало приметой нашего времени.

- Теперь вы понимаете, почему я скептически отношусь к тому, что мы восстановим потерянные корни, свой гуманитарный фундамент? Я не говорю, что этого не произойдет: мы все должны в этом направлении работать, по крайней мере стараться. Должны делать все, что от нас зависит. Но исход этой борьбы неизвестен нам.

- Но ведь нам повсеместно говорят, например с телеэкранов, что мы всё восстанавливаем, возрождаем...

- Что мы возрождаем, давайте посмотрим. Вот, например, сто лет расстрела Царской Семьи. Как мы все, все наше русское общество вспомнили об этом трагическом событии?

- Я анализировал, как вспомнили об этом федеральные каналы и наша пресса. Вспомнили статьями и документальными фильмами очень плохого качества, в духе желтой прессы...

- ...и художественным фильмом «Матильда»! Вот всё, что мы сумели высосать из пальца. Это значит, что мы абсолютно равнодушны и к Царской Семье, и к революции. С моей точки зрения. Может быть, я слишком мрачно на это смотрю.

Другой пример. Дискуссия по поводу сериала «Чернобыль». Я вам советую посмотреть. Он интересный. Я начал смотреть и не смог оторваться. Много клюквы, есть голливудские штампы, это да... Но мы-то ничего даже рядом не сделали! А американцы на самом деле косвенными путями показали подвиг советского народа. Ну как это может быть, как это вообще можно себе представить?! А вы знаете, что американцы сейчас снимают сериал про Государя и его Семью? И я уверен, что это будет в сто раз лучше «Матильды». Да, у нас будет много критики и нареканий в адрес этого фильма, но он не будет такой фальшивкой, как «Матильда» - это же просто плевок в лицо всем нам, русским и не русским людям.

- А то, что происходит вообще на современном телевидении, - это не плевок во всех нас?

- Плевок. И поэтому возвращаюсь к вашему вопросу: я не знаю, как мы будем корни восстанавливать. Будем как-то, с Божией помощью.

С протоиереем Георгием Орехановым
беседовал Максим Васюнов

Православие.ру

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Георгий Ореханов:
Религия и культура: как разрушить образовательные стереотипы
Протоиерей Георгий Ореханов о новой программе изучения русской религиозной культуры XIX начала ХХ века
18.05.2015
Церковь скорбит о Льве Толстом
Священник Георгий Ореханов, автор книги «Русская Православная Церковь и Лев Толстой: восприятие конфликта современниками»
26.04.2012
Все статьи автора
Максим Васюнов:
«Такого глухого чугунного времени еще не знала Россия»
Год 1920-й глазами Пришвина и Паустовского
19.06.2019
Мы - Марфы
Двойной портрет русских матушек
10.05.2019
Заведующий садом

Разговор с епископом Можайским Леонидом, новым наместником Оптиной пустыни
20.08.2018
Все статьи автора
Последние комментарии
Заработала авторизация и форум
Новый комментарий от Разработчик РНЛ
04.12.2019
Протодиакон Кураев примеряет мундир апологета нацизма?
Новый комментарий от Ортодоксос
07.12.2019
«Полуправда хуже лжи» нужно адресовать самому Ю.А. Григорьеву
Новый комментарий от Николай Волынский
28.11.2019
«Я убит подо Ржевом…»
Новый комментарий от Русский Сталинист
08.12.2019
Скоро опять появятся профессиональные диссиденты
Новый комментарий от NNNN
06.12.2019
«Стирается грань между Церковью и расколом»
Новый комментарий от Неизвестный
06.12.2019
Защитим семью вместе!
Новый комментарий от Александр Копейкин
05.12.2019