Очень загадочное произведение

Несколько слов о пьесе А. Чехова «Три сестры»

К 160-летию со дня рождения А. П. Чехова

 

Многие литературоведы, а вслед за ними и читатели, считают пьесу «Три сестры» самым загадочным произведением А. Чехова. Она и в самом деле загадочная, потому что многое, очень многое в поведении героев пьесы понять весьма трудно, почти невозможно.

 

I

 

Обитатели провинциального города живут очень праздно. «Оттого нам невесело и смотрим мы на жизнь так мрачно, что не знаем труда, - признается Ирина. – Мы родились от людей, презирающих труд…»

«Я в самом деле никогда ничего не делал, - вторит ей доктор Чебутыкин. – Как вышел из университета, так не ударил пальцем о палец, даже ни одной книжки не прочел, а читал только газеты… Знаю по газетам, что был, положим, Добролюбов, а что он там писал – не знаю…»

Чуть позже он добавляет: «Может быть, я и не человек, а только вот делаю вид, что у меня и руки, и ноги, и голова; может быть, я и не существую вовсе, а только кажется мне, что я хожу, ем, сплю. (Плачет.) О, если бы не существовать!»

Праздность, как мы знаем, корень всех пороков; она разлагает человека, разъедает его, как ржавчина; неудивительно поэтому слышать от доктора такие, мягко говоря, грустные признания.

Вот еще одно чудовище – штабс-капитан Соленый. Каждое его слово, каждая реплика выдают низкую подлую натуру. «Ужасно страшный человек», - говорит о нем Маша. Другая героиня, Наталья Ивановна, заговорила как-то о своем ребенке, уверяя присутствующих, что он «необыкновенный». «Если бы этот ребенок был мой, то я изжарил бы его на сковородке и съел бы», - мгновенно прореагировал Соленый.

Как его назвать? Дикарем, троглодитом, людоедом? Не знаю. Да и вообще есть ли слово, которым можно  охарактеризовать таких людей, мертвых по преступлениям… (Еф. 2. 1)?

 

II

 

Все герои чеховской пьесы, все без исключения, несчастны. Прислушаемся к их речам.

 «О, я несчастная! – восклицает Ирина. – Не могу я работать, не стану работать. Довольно, довольно! Была телеграфисткой, теперь служу в городской управе и ненавижу и презираю все, что только мне дают делать… а время идет, и все кажется, что уходишь от настоящей прекрасной жизни, уходишь все дальше и дальше, в какую-то пропасть. Я в отчаянии, и как я жива, как не убила себя до сих пор, не понимаю».

Она не догадывается, что давно себя уже убила, что давно, подобно доктору, как бы не существует и что вместо нее живет кто-то другой.

А Маша все повторяет и повторяет как бы в забытьи все одну и ту же фразу, запомнившуюся еще со школьной  скамьи: «У лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том…» Это ее мечта, ей так хочется умчаться из этого пошлого, скучного города куда-нибудь подальше, лучше всего к лукоморью, где растет большой высокий дуб, ветви которого дают густую тень и где так хорошо отдохнуть в знойный летний день.

Она завидует даже птицам: «А уже летят перелетные птицы… Лебеди или гуси… Милые мои, счастливые мои…» Они улетают в теплые южные страны, где много света, радости, а она никуда не может улететь, ни к Черному морю, ни к Балтийскому, ни к Средиземному, и в Москву она тоже не может уехать, хотя все время мечтает об этом.

«Неудачная жизнь», - признается Маша (эти слова могли бы сказать и ее сестры). Горькая истина, очень горькая, но изменить ничего нельзя.

Жизнь человеческая на весах героев пьесы не стоит и гроша. Соленый совершенно хладнокровно готовится к убийству барона Тузенбаха; убить вальдшнепа или человека – какая разница?  Чебутыкин недалеко ушел от него. «Барон хороший человек, - говорит он, - но одним бароном больше, одним меньше – не все ли равно? Пускай! Все равно!»

 

III

 

Задумываются ли сестры, главные герои пьесы, о смысле жизни? Да, то одна из них, то другая, то третья делают попытки разобраться в этой сложной, запутанной, непонятной жизни, но все их усилия заканчиваются, как правило, ничем. Ближе всех к истине оказывается Маша, самая младшая из сестер: «Мне кажется, человек должен быть верующим или должен искать веры, иначе жизнь его пуста, пуста… Жить и не знать, для чего журавли летят, для чего дети родятся, для чего звезды на небе… Или знать, для чего живешь, или же все пустяки, трын-трава».

Хорошая, здравая мысль, но она остается без применения, ни Маша, ни ее старшие сестры палец о палец не ударили, чтобы обрести Истину, чтобы приблизиться к Богу, чтобы встать на путь спасения. Вместо этого они, как и другие герои пьесы, занимаются пустым времяпрепровождением, праздными мечтаниями, жалким философствованием.

Продолжая разговор, Маша как бы вскользь замечает: «У Гоголя сказано: скучно жить на этом свете, господа!» Говоря эти слова, она имеет в виду только то, что жизнь скучна, безрадостна, однообразна, полна пошлости, грубости, невежества, всякой дури. А ведь Гоголь вложил в эту фразу глубокий подтекст, вытекающий из содержания его произведения («Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»). Речь у него идет о самом главном, о вере, а точнее, о неверии Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича. Они поссорились и никак не могут примириться потому, что ни разу в жизни не взяли в руки Евангелие, не знают истин, изложенных в нем, не знают, что, если человек поссорился с другим человеком, то должен примириться с ним до захода солнца, что если он не простит обидчика, то и его Господь не простит.

О чем угодно говорят герои пьесы – о своей работе, о своих начальниках, о погоде, о комарах, о жареной индейке и сладком пироге с яблоками, о многих других второстепенных вещах, - а вот о душе как-то не получается. Только один раз Ирина, будучи не в лучшем настроении, заметила: «… душа моя как дорогой рояль, который заперт и ключ потерян».

Душа заперта на ключ. Да и как может быть иначе, если она не знает Бога, не знает молитв, не вкушала Святых Христовых Таин, не согрета Божией благодатью? Мало этого, оказывается и «ключ потерян». Что может быть горше этого? Что может быть печальнее? Что может быть трагичнее? Это  значит, что все пути отрезаны, поезд ушел, птицы не поют, солнце зашло, и стало очень темно, непроглядная ночь стала еще непрогляднее – кричи не кричи, все равно не докричишься. Это значит, что бедная душа давно мертва, и нет ни одного человека, который отправился бы на поиски потерянного ключа.

 

IV

 

«Надо жить», - говорит одна из сестер. Но жизнь без Бога - разве это жизнь? Это прозябение, это тлен, это, если быть точнее, смерть. Сестры то и дело порываются уехать в Москву, это их заветная мечта. Но какой в этом толк? Предположим, что их мечта осуществилась, и они, наконец, оказались в столице. Что-нибудь изменилось бы в их жизни? Проснулись бы они от греховного сна? Зашли бы хоть раз в храм? Ничего подобного! Ничегошеньки бы в их жизни не изменилось, какие они были, такими бы и остались. И окружение в столице было бы такое же пошлое и мелочное; там их окружали бы точно такие же мертвецы, как и в провинции.

Евангелие сестры не читают, как будто его не существует; ну хорошо, тогда вспомнили бы известные слова Гоголя, оставленные им в  предсмертных записках: «Будьте не мертвые, а живые души». Может быть, эти слова помогли бы им задуматься о своей жизни. Как ни жаль, но для них и Гоголь не существует. 

В чеховской драме есть одна символическая сцена. Чебутыкин роняет фарфоровые часы, и они разбиваются вдребезги. Как понять этот инцидент? Время для героев пьесы как бы остановилось, для них уже не существует будущего. Да и настоящего не существует (Чебутыкин: «Может, я не разбивал, а только кажется, что разбил. Может быть, нам только кажется, что мы существуем, а на самом деле нас нет»).

Попутно вспомним третье действие драмы, когда в городе случился пожар. ( Вершинин: «Если бы не солдаты, то сгорел бы весь город»). Пожар – это метафора, напоминание о другом огне, геенском, в котором будут мучиться те, кто не захотел узнать Бога или отверг Его существование.

(«И судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими… (Откр. 20, 12)).

«Три сестры» - это печальный реквием, написанный гениальным пером.

 

V

 

Герои чеховской пьесы постоянно задают себе и другим важные злободневные вопросы. Андрей Сергеевич Прозоров, умный незаурядный человек, хочет, как и его сестры, понять, что же происходит с ним и с его окружением. «Отчего мы, едва начавши жить, становимся скучны, серы, неинтересны, ленивы, равнодушны, бесполезны, несчастны? – недоумевает он. - Город наш существует уже двести лет, в нем сто тысяч жителей, и ни одного, который не был бы похож на других, ни одного подвижника ни в прошлом, ни в настоящем, ни одного ученого, ни одного художника, ни мало-мальски заметного человека, который возбуждал бы зависть или страстное желание подражать ему… Только едят, пьют, спят, потом умирают… родятся другие и тоже едят, пьют, спят и, чтобы не отупеть от скуки, разнообразят жизнь свою гадкой сплетней, водкой, картами, сутяжничеством, и жены обманывают мужей, а мужья лгут, делают вид, что ничего не видят, ничего не слышат, и неотразимо пошлое влияние гнетет детей, и искра Божия гаснет в них, и они становятся такими же жалкими, похожими друг на друга мертвецами, как их отцы и матери…»

Рассуждает он правильно, здраво, более того, ясно видит, что вокруг него одни мертвецы; он мог бы смело сказать: в городе мертвец на мертвеце сидит и мертвецом погоняет.

 (Иисус сказал как-то одному из Своих учеников: «…предоставь мертвым погребать своих мертвецов» (Мф. 8, 22)).

 

VI

 

Итак, если взглянуть на чеховское произведение не светскими, а духовными очами, то все становится ясным, от загадок не остается и следа. Жизнь без Христа – вот главная мысль «Трех сестер», вот ключ, которым открывается это произведение.

Пьеса А. Чехова - это громовой набат, который русский народ, к сожалению, не услышал. Она написана в 1900-м году, в то время, когда безбожие, как проказа, поразило русское  общество; вольнодумство, праздность, лицемерие, богохульство царят везде и всюду. До первой русской революции осталось всего пять лет, до второй – семнадцать. Зоркий писатель, который прекрасно видит язвы общества, говорит громко, во весь голос, без лицеприятия, но его голос – это голос вопиющего в пустыни.

После разрушительной революционной смуты прошло сто лет. Что-нибудь изменилось в России за это время? Прозрел ли русский народ? Проснулся ли от греховного сна? Понял ли причину всех зол, бед и несчастий, которые обрушились на него и которые множатся, как снежный ком, катящийся с горы? К большому сожалению, на все эти вопросы придется дать отрицательный ответ. Верность Богу сохранило только «малое стадо», а основная масса русского народа по-прежнему остается «в стране далече».

Так что же нам ждать? Что мы пожнем завтра и послезавтра? Новые беды и новые несчастья, еще более грозные и разрушительные, чем прежние. Ныне русские люди страдают от безбожия еще сильнее, чем чеховские герои. Но, как и чеховские герои, пребывают в бесовском расслаблении.

 

VII

 

Три сестры: Ольга, Маша, Ирина. Но есть другие три сестры: святые мученицы Вера, Надежда, Любовь, которые пламенели любовью к Богу и которые остались верны Ему до конца; они принесли Ему в жертву свои юные жизни - как некое чудное и невыразимо прекрасное благоухание. А. П. Чехов сознательно не дал своим героиням этих имен, потому что они их недостойны.

На мой взгляд, замысел пьесы у Чехова созрел именно в тот момент, когда он прочитал житие трех сестер, удостоившихся вечного блаженства в Райских Обителях. Вера, Надежда, Любовь жили с Богом в сердце, а Ольга, Маша и Ирина ни разу в своей жизни даже не вспомнили о Нем.

Драма «Три сестры» - наисовременнейшее и наипронзительнейшее произведение. Редко какой автор добивался на таком малом пространстве таких больших и высоких прозрений. В пьесе заключено  сильное обобщение: дом Прозоровых - провинциальный город – Москва – Россия - все человечество. Неудивительно поэтому, что чеховская пьеса с огромным успехом до сих пор идет не только в театрах нашей страны, но и во всем цивилизованном мире.

Николай Петрович Кокухин, член Союза писателей России; член Союза журналистов России

 

На снимке: дом-музей А. П. Чехова в Ялте, где была написана пьеса «Три сестры», фото автора

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Николай Кокухин:
Безумный пир
Безбожие – самый страшный вирус для человечества
06.04.2020
«Се, гряду скоро…»
Искушение коронавирусом
27.03.2020
Очень загадочное произведение
Несколько слов о пьесе А. Чехова «Три сестры»
31.01.2020
Песнь о святой Марине
Впечатления Николая Кокухина от посещения обители святой великомученицы, находящейся в центре острова Крит
30.07.2019
Правда светлее солнца
Призываю всех верных православных христиан усилить свои молитвы о Николае Каклюгине, чтобы он покинул мрачную темницу
22.07.2019
Все статьи автора
Последние комментарии
На нас всех наложено Богом прещение
Новый комментарий от Яков Яковлевич
07.04.2019
Апокалипсис на наших глазах?
Новый комментарий от электрик
07.04.2019
Если б я был евреем, то…
Новый комментарий от tomilin
07.04.2019
«Русской народной линии» 10 лет!
Новый комментарий от Коротков А. В.
07.04.2019
Не надо спасать деревню – это утопия!
Новый комментарий от Юрий Светлов
07.04.2019
Какая линия победит?
Новый комментарий от Ксения Балакина
07.04.2019
Врата ада и коронавирус не одолеют Церковь Христову!
Новый комментарий от электрик
07.04.2019